Документы



Посвящяется 85-летию оброзования Национального icon

Посвящяется 85-летию оброзования Национального

НазваниеПосвящяется 85-летию оброзования Национального
страница3/5
Дата22.08.2013
Размер0.96 Mb.
ТипРеферат
скачать
1   2   3   4   5
1. /turkestan.docПосвящяется 85-летию оброзования Национального
Тема 5. Мусульманская фракция Государственной Думы и

проблемы Туркестана.


Мусульманские съезды в Российской империи и движение «Иттифак».

Чтобы дать возможность мусульманским народам России, лишенным избирательных прав, хотя бы косвенным образом проявить на официальной трибуне свою политическую активность, депутатами - мусульманами была образована Мусульманская фракция Государственной Думы. Это очень важно, поскольку, создание и функционирование в 1906 – 1917 гг. мусульманской фракции, стало одной из форм организации общероссийского мусульманского движения джадидизма, ориентированного не только на образовательные реформы и просветительство, но и на формирование современного общественного самосознания российских мусульман.

В самый разгар обсуждения проекта законосовещательной “булыгинской Думы”, в августе 1905 года в Нижнем Новгороде состоялся первый Мусульманский Съезд России. Самое активное и деятельное участие в его работе принял Исмаил Гаспринский. Были представители и из Туркестана. Съезд постановил образовать мусульманский союз - “Иттифак”, имеющий своей целью объединение всех мусульман России. Но никакой конкретной программы действий выработано не было, хотя делегатами так же обсуждалась тактика проведения выборов в I Государственную Думу.

Меньше чем через полгода, с 13 по 23 января 1906 года, в Петербурге прошел II съезд “Иттифака”, на котором был принят устав организации и определена политическая ориентация – кадетская, поскольку, на фоне радикальных заявлений социал-демократов - “отобрать и все поделить”, или монархического лозунга - “православие, самодержавие, народность”, конституционно-демократическая партия выглядела для мусульманского населения России, наиболее предпочтительно.

В годы первой русской революции, кадеты играли заметную роль в политической жизни Туркестана и имели свои филиалы не только в Ташкенте, но и в других городах региона. С первых же дней своей деятельности эти группы, помимо всего прочего, всеми доступными средствами вели усиленную пропаганду среди коренного населения, что дало определенные результаты. Похожая ситуация сложилась и в других мусульманских регионах России. Поэтому было закономерным, что практически все мусульманские депутаты в I Думе (как впрочем, и в последующих) и само движение “Иттифак” примкнули к кадетской фракции.


Мусульмане в I и II Государственной Думе.

В первые дни работы I Думы большинство мусульманских депутатов присоединилось к фракции кадетов (об этом подробней мы говорили выше), однако, впоследствии было принято решение о создании собственной депутатской группы на платформе политической программы кадетов. В руководящее бюро мусульманской группы вошли 7 человек: А.-М. Топчибашев, С. Алкин, А. Ахтямов, С. Джантюрин, И. Зиатханов, М.-З. Рамеев, Ш. Сыртланов. Отдельные попытки мусульманских депутатов организовать самостоятельную фракцию так и не увенчались успехом. Поэтому их объединение в этот период правильнее было бы называть группой.

Лидером группы являлся редактор - издатель Бакинской газеты “Каспий” Алимарданбек Топчибашев.

В газете “Бакинские отголоски”, были опубликованы программные требования группы: равноправие с другими народами России; уничтожение политического, религиозного и общественного гнета; свобода вероисповедания; возврат вакуфного имущества; образование народного суда с выборными судьями; прекращение полицейского произвола; устройство школ на родном языке за счет государства; употребление мусульманских языков в суде и делопроизводстве; возврат отнятой и раздача дополнительных земель крестьянам; равноправие с другими мусульман - рабочих; широкое самоуправление граждан.

Как мы видим, придерживаясь в целом кадетской платформы, в национальном вопросе, мусульманская группа была левее, а в аграрном - выступала за полное прекращение переселения.

К сожалению, за весь недолгий срок существования I Государственной Думы национальные представители практически никак себя не проявили, ограничиваясь отдельными выступлениями второстепенного характера.

16 августа 1906 года в Нижнем Новгороде прошел III съезд мусульманского союза “Иттифак”. На нем была принята программа, состоявшая из 79 пунктов. Главным было: объединение всех мусульман России для проведения политических и законодательных реформ; национальное равноправие; учреждение конституционной монархии; свобода печати, религии, собраний; неприкосновенность частной собственности, 8 часовой рабочий день. На заседании 17 августа съезд принял предложение Президиума об образовании мусульманской партии и ее Центрального комитета в составе 15 человек, из которых трое должны были составлять постоянное бюро и жить в Петербурге, получая за свой труд определенное вознаграждение. Кроме этого, было решено кооптировать в ЦК еще 5 членов: по одному от Бакинской, Елизаветской, Эриванской, Туркестанской и Оренбургской областей.

Мусульманская фракция II Государственной Думы.

II Государственную Думу, можно считать более удачной для мусульманских представителей. Но очередные попытки организационного оформления натолкнулись на отсутствие единых политических взглядов. Устранить разброд и непонимание оказалось нелегко. Часть мусульман объединилась с кадетами (аграрный вопрос), часть примкнула к трудовикам. Кроме того, были и беспартийные депутаты. На проходивших совещаниях наметилось два течения. Одни депутаты настаивали на том, чтобы работа фракции строилась исключительно на почве приоритетов национальных интересов. Другие, опираясь на последние решения мусульманского съезда, выдвигали платформу, лишенную яркой национальной окраски.

После продолжительных разговоров, наконец, удалось, под председательством депутата Топчибашева, образовать из большей части мусульман, членов Государственной Думы, мусульманскую фракцию. Группа из 6 человек (Г. Атласов, Г. Бадамшин, З. Зейеалов, Х. Мессагутов, А. Неджметдинов, К. Хасанов) выделилась в “мусульманскую трудовую фракцию”. Причем первые наскоро приняли программу “Иттифака”, а “трудовая фракция” вошла как особая часть общероссийской фракции трудовиков, приняв с некоторыми поправками ее программу.

Но были вопросы, по которым все мусульманские депутаты выражали солидарность. Так, по вопросу о равноправии национальностей и религиозной свободе, депутаты выступали в унисон и настаивали на полной и скорейшей отмене всех ограничительных законов. Единодушие проявлялось в связи с отменой сословных ограничений и привилегий, а так же по прекращению переселения.

О том, что депутаты - мусульмане, все же надеялись найти политический консенсус, свидетельствует решение о создании комиссии из 10 человек для выработки новой программы совместных действий.

Какие же вопросы, стоявшие на повестке дня второй Думы, вызвали живое участие со стороны мусульманских представителей? Их было два: аграрно-переселенческий и состояние народного образования в национальных окраинах России.

Переселенческий вопрос, проходил красной нитью через деятельность Дум всех созывов и был наиболее востребован в деятельности Российского парламента. Он непосредственно затрагивал экономические и социальные интересы в первую очередь, мусульманских регионов империи В результате проводимой политики, народы столетиями являвшиеся коренным населением той или иной территории, становились на родной земле людьми второго сорта. Насильственный захват старожильческих земель именно в это время начинает приобретать угрожающий характер.

Поэтому, многие мусульманские депутаты поддерживали так называемый аграрный “проект - 42-х” депутатов, признававший необходимость принудительного отчуждения помещичьей земли на началах “справедливой оценки”. При этом подчеркивалось, что отчужденные земли должны составлять не общегосударственный земельный фонд, а земли в пределах каждой конкретной области. Именно в этом авторы проекта видели решение проблемы пресловутого малоземелья в центральных районах России.

В своем стремлении закрепиться на зачастую насильственно захваченных территориях, на которых проживало многомиллионное нерусское население, царизм не останавливался ни перед варварскими методами колонизации, ни перед насильственной русификацией.

Поэтому, вопрос о состоянии народного образования в мусульманских регионах России был поднят депутатами мусульманской фракции II Думы. Было подчеркнуто, что так называемые, русско-туземные школы открываются правительством в целях углубления русификаторской политики. 14 января 1906 года были утверждены новые правила “для начальных инородческих училищ”. Согласно им, “для облегчения перехода учащихся - инородцев к изучению русского языка, учебники и пособия должны печататься на инородческом наречии кириллицей”. Для народов имеющих национальный алфавит, книги должны были печататься в двойной транскрипции.

Реакция мусульманской фракции не заставила себя ждать. Депутатами отмечалось, что от изучения русского языка мусульмане никогда не отказывались, и отказываться не собираются. Поскольку изучение русского языка это насущная необходимость. Но, настаивали они, “мы хотим, чтобы нам этого не навязывали”.

В 1906 году Министерство Народного Просвещения отказалось удовлетворить просьбу мусульман о выделении средств на устройство школ. Царский сановник объяснил отказ следующим образом: “Желание мусульманских обществ исходит из того соображения, что мусульмане несут те же самые государственные налоги... Но в данном случае мусульмане заблуждаются”. В чем была суть этого “заблуждения”. Вследствие канонических предписаний, мусульмане не употребляли спиртных напитков, тем самым не “додавали” в государственную казну около 70 тыс. рублей. “Государственные соображения” здесь сводились к следующему: тот, кто пил много водки и приносил государству доход, был вправе получить от государства деньги (7,3 копейки в год!) на образование. В противном случае государство не собиралось субсидировать детей “злостных уклонистов”.

Депутаты мусульмане, а вместе с ними и туркестанские джадиды утверждали, что реформа народного образования жизненно необходима. Но и представление о реформах не имели ничего общего с правительственными. Так называемые народные, организованные Министерством Народного Просвещения школы для мусульман пустовали. С изгнанием родного языка, вводился метод, по которому учитель должен был какими угодно средствами объяснить то или иное понятие только на русском языке. Бывали такие случаи, когда учитель чтобы объяснить, например, понятие “собака лает”, должен был лаять в классе как собака.

Джадиды стремились реконструировать традиционную систему образования. Они хотели видеть свой народ просвещенным, знающим русский язык и другие мировые языки, при этом сохранившим национальное достоинство и самоуважение через изучение, и развитие родного языка.

Мусульманский вопрос в III Государственной Думе.

В преддверии выборов в III Государственную Думу, в местных и столичных газетах все чаще поднимался вопрос: какова будет тактика русских мусульман во время избирательной компании и в самой Думе? И отвечали: в общем, их лозунгом естественно будет возврат к прежнему избирательному законодательству, существовавшему до 3 июня.

Выборы в III Государственную Думу на основании закона от 3 июня дали всего 10 депутатов мусульман. Из этих 10 человек 8 объединились в самостоятельную фракцию, депутат от Закатальского округа и Дагестанской области И. Гайдаров примкнул к фракции социал–демократов, депутат от Таврической области И. Муфтий-заде – к фракции октябристов.

Одним из основных вопросов, которым занималась фракция, была разработка законодательства об уравнении в правах православного и инородческого населения. В частности, мусульманские депутаты активно поддерживали законопроект об изменении положения о переходе из одного вероисповедания в другое, который мог облегчить возвращение в лоно ислама тех, кто был насильственно крещен, но продолжал в тайне исповедовать свою религию. Другим важным вопросом было использование местного языка в судах в тех регионах, где большинство населения составляли “инородцы”, не владевшее русским языком. Главным образом фракция участвовала в обсуждении верноподданического Адреса царю, переселенческого вопроса и вопроса введения всеобщего начального образования в России.

Проблема переселения нами далее будет рассмотрена отдельно, поэтому отметим только, что III Государственная Дума проигнорировала все предложения мусульманской фракции по этой теме.

Осенью 1910 года в Государственную Думу был внесен проект о введении всеобщего обучения. Он вызвал оживленные комментарии мусульманской печати, которая высказывала опасения, что это мероприятие повлечет за собой превращение мусульманских школ в правительственные, в которых не будет допускаться преподавание религии и родного языка.

В этой связи в Петербурге состоялось представительное собрание мусульман с участием членов депутатского корпуса З.И. Байбурина и С.Н. Максудова.

После жарких обсуждений, было принято решение обратиться к председателю Государственной Думы, в комиссию по народному образованию, к думским фракциям и министрам со следующими пожеланиями:

- религия и родной язык должны обязательно преподаваться во всех начальных учебных заведениях, где учатся дети мусульман

- преподавание всех предметов, кроме русского языка должно вестись на родном языке

- вопросы преподавания вероучения, родного языка и нравственно - религиозного воспитания должны решаться при участии представителей мусульманского духовенства

В целях выяснения настроений мусульманского населения и для ознакомления его с деятельностью мусульманской фракции, в 1910 году один из ее лидеров, депутат С.Н. Максудов отправился в поездку по Волге, Уралу, Туркестану и Кавказу. Он с отмечал, что в Бухаре положение оказалось хуже, чем его обычно представляют, а в Коканде, наоборот, около 16 новометодных школ и имеется хороший кружок прогрессивно мыслящей молодежи.

По итогам этого визита газеты писали, что хотя успех представителя мусульманской фракции сам по себе и не оказался особенно значительным, тем не менее, впредь подобного рода “политические турне агентов панисламизма” должны быть недопустимы.

Мусульманская фракция в Думе четвертого созыва была самой малочисленной. В нее вошли только 6 человек. Во главе фракции встал председатель дворянства Белебевского уезда, Уфимской Губернии Кутлугмухамед Батыргереевич Тевкелев. Судя по количеству депутатов это, была уже не фракция, а как метко окрестили их журналисты “шесть бедных и жалких человек”. Основные проблемы, которыми занимались мусульманские депутаты, остались практически прежними. Однако панисламистская проблема осложнилась участием России в I Мировой войне. Правительство стало усматривать в сочувствии мусульман своим единоверцам симптомы развития сепаратизма. В этой обстановке положение мусульманской фракции значительно усложнилось.

Что же реально могли сделать эти 6 человек? В состоянии ли они были влиять на ход политических дискуссий в Думе и принятия решений? Татарская газета “Иль” писала, что если эти шесть человек “сегодня разозлят Милюкова, завтра Ефремова, послезавтра Пуришкевича”, то нет сомнений, что на четвертый день все они останутся “одинокими и отвергнутыми”. Из создавшейся ситуации автору статьи виделся единственный выход: “спрятаться за пазуху более сильной фракции, хотя бы временно”. Ей, к примеру, могли стать прогрессисты.

При первом поверхностном взгляде на ситуацию, можно обвинить мусульманскую фракцию в бездействии даже в лучшие времена ее существования, т.е. в I и во II Думах, когда ее количество колебалось от 22 до 36 человек. Но не будем забывать, что Думы этих созывов существовали соответственно несколько месяцев. За столь короткий срок даже опытные и искушенные в тонкостях российской политической жизни движения не смогли добиться ощутимых результатов и провести в качестве законопроектов свои основные программные установки, тем более это трудно, почти невозможно было сделать только формирующемуся политическому движению мусульманских народов России.

В феврале 1914г. было созвано фракционное совещание при участии лидеров российского джадидского движения - Гаспринского, Топчибашева и др. Этот факт свидетельствует о том, что вожди “Иттифака” принимали живое участие в руководстве фракции. В июне того же года, в Петербурге собрался очередной мусульманский съезд. От него ожидали перемен. Съезд формально был созван председателем мусульманской фракции К.Б. Тевкелевым. От Туркестана на нем присутствовали С. Еникеев и С. Мурджалилов. По сведениям туркестанской печати, Бехбуди был приглашен, но отказался от депутатских полномочий. Все доклады на съезде были посвящены решению религиозных проблем.

Мусульманская фракция, созывая съезд, не ставила на его повестку вопросов, связанных с ее практической парламентской деятельностью, однако в выступлениях некоторых делегатов затрагивались существенные аспекты общеполитического положения в стране. Одним из них был вопрос о восстановлении представительства в Думе Туркестана и ряда других мусульманских регионов страны.

Мы рассмотрели эту проблему подробно, поэтому скажем только, что эта тема занимала всех видных политических деятелей джадидского движения России. Ими использовались все имеющиеся возможности: печать, обращение к правительству, к Думе и т.д. Естественно мусульманская фракция была хорошо информирована об этом. Именно под ее влиянием джадидская печать выдвигала лозунг о введении пропорционального представительства в Думе от всех народов России.

В заключении, съездом был принят целый ряд постановлений. А именно: о наделении коренного населения землей; о восстановлении избирательных прав; о назначении в войсках, где служат мусульмане духовных наставников; об учреждении двух новых духовных управлений в Закавказье и Туркестане.

Первую Мировую войну мусульманская фракция встретила в патриотическом лагере. Ее лидерами, депутатами Ахтямовым, Джаффаровым и др., было сделано заявление, в котором, в частности, говорилось, что в полном осознании своего долга перед Родиной, “мусульмане готовы на всякие жертвы и в полном единстве со всеми русскими гражданами до конца будут бороться и защищать честь и целостность России”.

Но несмотря на переживаемые страной тяжелые времена, царизм, в отношении мусульманских и других народов России, продолжал практиковать политику, которую, по мнению мусульманской фракции, нельзя было назвать разумным государственным подходом. В связи с этим председатель фракции К.Б. Тевкелев выступил от имени представителей латышского, литовского, эстонского, армянского, мусульманского и еврейского населения России с требованием устранить все административные и законодательные притеснения против отдельных народностей. Реакция Думы на это заявление была резко отрицательной.

Уже после февральских событий мусульманская фракция предпринимает очередную попытку организационного объединения. Ей было создано Временное Центральное бюро российских мусульман, на него была возложена задача подготовки и созыва первого мусульманского съезда, теперь уже демократической России. Туркестан в этом бюро представлял Мустафа Чокаев, в будущем один из создателей партии “Алаш Орда” и руководителей Туркестанской автономии..

Создание и деятельность мусульманской фракции в Государственной Думе, стали важным показателем политического самосознания российских мусульман. Однако ограниченность политических требований фракции, не сумевшей придать своей позиции общероссийского звучания, предопределила отстраненность мусульман от решения как общегосударственных, так и своих собственных проблем и вытеснила их на периферию российской политической жизни. Критикуя конкретные проявления произвола и безответственности властей, мусульманские депутаты все же не смогли поставить вопрос о выработке принципиально иной концепции национальной политики в России.

Но, были, конечно, и объективные обстоятельства, в силу которых, фракция не смогла проявить в полном объеме свою политическую волю.


Как известно, прямо пропорционально количеству уменьшался и политический вес фракции, несмотря на то, что проблемы мусульманских народов проявлялись все острее и требовали скорейшего разрешения.


Тема 6. Государственная Дума и переселенческая политика царизма

в Туркестане.

Переселение в Туркестан: несколько слов о проблеме.

Вопрос переселения был, чуть ли не единственным вопросом, при обсуждении которого депутаты Государственной Думы вспоминали Туркестан на своих заседаниях. Вообще, процесс самовольного переселения крестьян в Туркестанский край начался давно, еще в конце XIX века и происходил самовольно. Государство занимало при этом самую выгодную позицию: “не разрешать и не запрещать”. Официально край был вообще закрыт для переселенцев. Здесь могли поселяться лишь чины местной администрации после выхода в отставку, так как по Положению об Управлении Туркестаном правительство обещало сохранить за местным населением их земельные угодья.

6 июля 1904г. был обнародован новый переселенческий закон. На основе его, все ранее прибывшие в Туркестан самовольные переселенцы были “узаконены”. Однако переселенческое дело в крае по-прежнему оставалось неорганизованным. Это объяснялось нехваткой средств и свободных орошаемых земель.

После революции 1905-1907 гг. положение изменилось. Наряду с насаждением хуторов и отрубов, аграрная политика царизма предполагала массовое переселение крестьян за Урал, в том числе в Туркестан. В Туркестане переселенцы в основном устремились в степные районы Семиречья и Сырдарьинской области.

Но, как писал граф К.К. Пален, в переселенческом деле царил “полнейший хаос”. Значительная часть неустроенных переселенцев возвращалась обратно в Центральную Россию. А в правительственных кругах задавали себе вопрос: “Можем ли мы оставить без русского населения громадные территории, когда есть полное основание опасаться, что наши “друзья” и “благожелатели” с юга (по всей вероятности речь шла об Англия - Т.К.) готовят нам новые беды”.

Следствием столыпинских аграрных реформ была ломка сельской общины и расслоение крестьянства. В результате чего основную массу прибывших в Туркестан переселенцев составляло беднейшее крестьянство, которое надеялось получить здесь то, чего не имело на Родине - землю и хозяйственную самостоятельность. Это резко противоречило интересам колониальной политики, поскольку на такие “неблагонадежные элементы” не только нельзя было положиться в “трудный момент”, но они сами представляли собой серьезную опасность для существующего строя.

Особенно остро вопрос стоял в Семиречье. Здесь столкнулись интересы трех групп населения: казаков, оседлых и кочевых казахов и русских поселенцев. Все они претендовали на определенные участки земли. Казахское и киргизское население оказывало активное, часто вооруженное сопротивление царским чиновникам, поскольку считало, и совершенно справедливо, что у них самым беззаконным образом отнимают их земли. Местное население посылало жалобы в Государственную Думу, Туркестанскому генерал - губернатору и П.А. Столыпину. В ответ из Петербурга поступали грозные приказы, что всякое сопротивление будет подавлено военной силой.

Переселенческий вопрос в I и II Государственной Думе.

Уже в I-ой Государственной Думе председателю Совета Министров был сделан запрос “ О незаконном образовании переселенческих участков в киргизской степи”. Но из-за быстрого роспуска Думы, вопрос остался без ответа.

Ее преемница II Дума после себя оставила два документа. Первый - запрос к Главноуправляющему Землеустройством и Земледелием “О принятии мер к ускорению образования переселенческих участков”. Но, разъяснения, полученные от Правительства, в ответ на тот запрос, Дума посчитала недостаточными, а мероприятия по организации переселенческого дела не обеспечивающими интересов переселенцев и нарушающими интересы коренного населения.

Второй документ - это смета Переселенческого Управления на 1907 г., составленная Бюджетной комиссией. Без сомнения, смета была бы принята, просуществуй Дума чуть больше.

Отношение Думы третьего созыва

к переселению в Туркестан.

Необходимо подчеркнуть, что в период законодательной деятельности III Государственной Думы (1907-1912), царское правительство начинает интересоваться не только переселением крестьян из Центральных губерний, но и колонизацией окраин. Дума сразу твердо и определено встала на сторону поощрения свободного переселения. Утвержденная ею смета расходов бюджета по переселению на 1908г. составила 18 миллионов рублей.

10 ноября 1907 года на четвертом заседании Думы третьего созыва, по предложению октябристов была сформирована Переселенческая комиссия. Она состояла из 66 человек. Эта была самая многочисленная из всех думских комиссий. Ее возглавил князь А.Д. Голицин.

Как относились различные фракции к переселению? Правые считали, что проблема малоземелья решается недостаточно эффективно. И необходимо расширить площадь земель, отводимых под переселение. Депутаты-мусульмане, придерживались мнения, что переселенческое дело тесно связано с решением аграрного вопроса. И без разрешения в законодательном порядке последнего, не возможна правильная организация первого. Социал-демократическая фракция обвиняла правительство в нарушении и ущемлении прав старожилов. По мнению фракции “Народной свободы”, политика Переселенческого Управления должна была претерпеть коренное изменение и стать планомерной и рациональной.

Но если об устройстве переселенцев было, кому позаботиться, то вопрос землеустройства местного населения стоял очень остро, и так и не был решен до конца.

Мнения вновь разделились. Так, мусульманская фракция считала, что в Туркестане земли, занимаемые коренным населением, не могут считаться государственными, поскольку относительно их имеется лишь политическое господство России. А потому всякое изъятие этих земель должно считаться незаконным. Это положение подтверждалось обязательством, взятым на себя Россией после завоевания, сохранить за местным населением права землепользования.

Трудовики, кадеты и прогрессисты принципиально не оспаривали права государства на киргизские и казахские земли, но полагали, что без издания специального закона, регулирующего отношения между населением и государством решить проблему не возможно. Октябристы настаивали на открытии Туркестана для русского переселения. А уже после следует “отнестись со всей заботливостью к местному населению и сделать изъятие излишков наименее болезненным”.

В конечном итоге в Думе возобладали интересы крупных земельных собственников. Но, все-таки, и в ней раздавались голоса инакомыслящих. С одной стороны, они несколько смягчали постановления Думы, с другой - заставляли Переселенческое Управление быть менее бесцеремонным.

Вопрос переселения в Туркестан, был главным образом связан с вопросом изъятия “излишков” у местных жителей - кочевников. Некоторые депутаты напоминали, что кочевое население, на самом деле, уже давно ведет оседлое хозяйство и лишь по недоразумению считается кочевым. Изымать земли в таком случае, - значит становиться в прямое противоречие со статьей 279 Туркестанского Положения. По которой, с переходом кочевого населения к оседлому быту, вся обрабатываемая ими, земля переходит в их пользование.

13 июня 1908 года в Государственную Думу был внесен законопроект 60 депутатов “Об учреждении земелеустроительных комиссий и земельном устройстве киргиз Уральской, Тургайской, Акмолинской, Семипалатинской. Сырдарьинской, Семиречинской и Закаспийской областей”.

Авторы предложили создать в названных регионах областные комиссии, в состав которых входили бы и представители коренного населения. Цель - вместе с водворением русских переселенцев производить одновременно и поземельное устройство старожилов.

К октябристам и кадетам в этом вопросе присоединялись прогрессисты, трудовики и мусульмане.

Однако, Главноуправляющий Землеустройством и Земледелием А.В. Кривошеин заявил, что “ведомство считает пока несвоевременным обязательное сплошное повсеместное землеустройство …и отказывается от закрепления земли в собственность кочевников, не переходящих еще к оседлости, и намеренно твердо держаться в этом деле действующего закона.” Это означало, что земли у населения правительство собирается отбирать и дальше.

Некоторые члены Думы всерьез опасались, что такая политика “изгнания кочевников в пески” заведет сельской хозяйство региона в тупик.

Летом 1909 года Семиреченскую и Семипалатинскую области со служебной поездкой посетил священник, депутат Государственной Думы, член переселенческой комиссии, А.Л. Трегубов. Через всю поездку красной нитью проходит нескрываемое восхищение плодами деятельности переселенческих организаций. Переселение в Семиречье А.Л. Трегубов считал задачей стратегической в плане внешней политики России на Востоке. “…Жемчужина наших владений, - отмечает он, - на которую пробуждающийся Китай смотрит с нескрываемым вожделением, остается забытой в руках полудиких инородцев-кочевников, которые в случае нашествия китайцев…обратятся против нас же, близоруко не замечающих грозящей опасности”.

Того же мнения придерживался чиновник особых поручений при Переселенческом Управлении Н. Гаврилов, посетивший осенью 1910г., так называемые коренные области Туркестана - Самаркандскую, Сырдарьинскую и Ферганскую. Его позиция перекликалась с позицией А.Л. Трегубова - промедление с широкомасштабной русской колонизацией уже имеет вредные последствия. А именно: “Русского населения здесь горсть среди миллионной загадочной, в своей замкнутости и религиозном фанатизме, толпы туземцев”.

В проведении переселенческой политики местная и центральная власть не могли достичь консенсуса. Так военный губернатор Семиречья Ионов еще в 1906г. отмечал, что благополучие одних русских подданных нельзя основывать на насильственном захвате собственности у других. Ионова поддерживал генерал-губернатор Н.И. Гродеков. Последний, решительно выступал за передачу переселенцам только реально пустующих земель или земель орошенных за счет государства. Таким образом, явственно вырисовывались две стороны конфликта. Это местная администрация во главе с генерал-губернатором Н.И. Гродековым и Главное Управление Землеустройства и Земледелия.

Поэтому, необходим был закон, по которому государство беспрепятственно могло конфисковывать земли у коренного населения.

В 1910 г. Главное Управление Землеустройства и Земледелия обратилось в Государственную Думу с ходатайством о дополнении ст. 270 Положения об Управлении Туркестанским краем.

Разъясним предысторию проблемы. Законопроект о дополнении ст. 270 Туркестанского Положения вначале обсуждался в переселенческой комиссии Государственной Думы, затем 7 апреля поступил на рассмотрение Общего Собрания Государственной Думы, где и был принят, а 19 декабря того же года удостоился Высочайшего утверждения.

В чем же был смысл этого дополнения? Главное управление Землеустройства и Земледелия просило внести в прежний закон “маленькую поправку”, а именно, что “земли, могущие оказаться излишними для киргизов (кочевников –Т.К.)”, передаются в ведение Управления.

Переселенческая комиссия рекомендовала собравшимся членам Думы принять законопроект в следующей редакции: “В дополнение к ст. 270 Туркестанского Положения постановить: земли могущие оказаться излишними для кочевников, поступают в ведение Главного Управления Землеустройства и Земледелия”. Депутаты приступили к обсуждению законопроекта. Принятие закона затянулось практически на год - с апреля по декабрь месяц. И все это время в Таврическом Дворце бушевали страсти и высказывались диаметрально противоположные точки зрения.

Тем не менее, 19 декабря 1910г. III Государственная Дума приняла дополнение к статье 270 Положения об управлении Туркестаном, которое на практике узаконило грабеж коренных народов края.

В 1910 году правительство выдвинуло “новый курс” в переселенческой политике. При обсуждении сметы Переселенческого Управления в Думе на 1910 год А.В. Кривошеин заявил, что “отныне нашей центральной задачей должно быть не выселение крестьянских масс из Центральной России, а заселение окраин крепким элементом”. Иными словами, насаждения там кулачества в качестве социальной опоры царизма. III Дума всячески поддерживала “новый курс”. Ее лозунг “заселение важнее переселения” так же лег в основу переселенческой политики IV Думы.

Отношение IV Государственной Думы к переселенческой политике.

14 декабря 1912г. в IV Государственную Думу был внесен законопроект “О пользовании водами в Туркестане”. Как уже неоднократно отмечалось, для края, где практически все земледелие было возможно лишь с применением искусственного орошения, последний законопроект был особенно важен. Проект сохранял за государством верховное право на воду, и создавал местные органы управления ирригационными сооружениями и распределением воды. И хотя о водном законе для Туркестана говорили не один год, он так и не был принят.

14 февраля состоялось заседание бюджетной комиссии, на котором обсуждалась смета Переселенческого управления. До сорока раз на данном заседании выступали иные депутаты по переселенческой смете, и никто не остановился на вопросах колонизации в широком смысле этого слова.

Первым вопросом, заданным Переселенческому Управлению, был вопрос депутата Виноградова - почему численно уменьшилось переселенческое движение, почему многие едут обратно, чем объяснить большое количество неустроенных “новоселов”. Депутат Н.Н. Опочинин, затронул вопрос об общем плане заселения Азиатской России, при котором преследовались бы не только цели занятия вообще свободных земель, но и цели высшего государственного порядка - укрепление границ. В итоге, смета Переселенческого Управления была сокращена на 72 тыс. руб. В частности, на 19 тыс. сокращалось финансирование гидротехнических изысканий в Семиреченском и Сырдарьинском районах.

На заседании 18 февраля на повестке дня стоял вопрос “О привлечении частной предприимчивости к разработке впусте лежащих земель”. Сущность его заключалась в том, чтобы частным лицам и учреждениям, была предоставлена возможность, арендовать для сельскохозяйственных, промышленных и торговых целей “впусте лежащих” казенных земель, с правом выкупа их в собственность. По данным комиссии такие земли были и в Туркестане.

При обсуждении вопроса, правда, обнаружился следующий парадокс: “впусте лежащие” земли Туркестана, пригодные для скотоводства и хлопководства, все уже “заняты и имеют определенное назначение” (ст. 270). Так, что прежде чем сделать эти земли “свободными”, оттуда нужно выселить местное коренное население.

Таким образом, оказалось, что настоящий законопроект не может быть применен для Туркестана, а если применение возможно, то только для неорошаемых земель, что потребовало бы дополнительных капиталовложений, а как уже отмечалось выше, расходы на проведение гидротехнических и оросительных работ в Туркестане были бюджетной комиссией значительно сокращены. В итоге рассмотрение законопроекта было отложено.

Зато, целых два заседания потребовалось на обсуждение законопроекта “Об отводе русским переселенцам участков казенной орошаемой земли в Голодной Степи Самаркандской области”. Высшие государственные соображения подсказывали, что вновь орошенные земли, да еще за государственный счет, должны быть отданы под русские поселения. К заселению допускались: лица всех христианских вероисповеданий, имеющие имущество в размере 1 тысячи рублей; размер надела определялся от 8 до 10 десятин на 1 крестьянский двор; оговаривалось льготное налогообложение, но со временем должен был взиматься сбор в пользу погашения государственных затрат на строительство оросительной системы. Мусульмане в край не допускались. Ведь деньги для орошения собирались со всей России, а в виду своей территориальной близости богатые “туземцы” могут оказаться “в более благоприятном положении, в сравнении с русскими переселенцами”.

В итоге законопроект был принят, а 21 июня 1914г. он был утвержден царем.

Работа второй сессии IV Думы, практически не отличалась от первой. Запрос “О проведении за счет частных средств оросительных работ в Туркестане” рассматривался в сельскохозяйственной комиссии Государственной Думы. Ему было посвящено два заседания, после чего он был передан для доработки в подкомиссию. Было высказано мнение, что столь важную проблему уместнее решать переселенческой комиссии, и она отнеслась бы к ней более ответственно. Вновь “всплыл” все тот же вопрос о “впусте лежащих” землях и о привлечении к ним “частной предприимчивости”. Переселенческая комиссия обратила внимание на то, что российское законодательство вообще не знает такого термина “впусте лежащие” земли. В статье 306 Законов Гражданских есть упоминание о “казенных ненаселенных” и “пустопорожних” землях, которые не принадлежат никому в собственность, но входят в состав государственного имущества.

Вместе с тем комиссия установила, как исключение, что “излишки” в землепользовании киргиз, обращаемые в порядке ст. 270 Туркестанского Положения в государственный земельный фонд, должны признаваться землями “впусте лежащими”. Совершеннейшая парадоксальность подобного рода заявления, нисколько не смутила депутатов. В итоге законопроект, все-таки, был принят.

7 марта 1914г. в сельскохозяйственную комиссию Государственной Думы был передан законопроект “Об отпуске средств на переустройство канала “Император Николай I” в Голодной степи”.

Канал был сооружен на собственные средства великого князя Николая Константиновича. Его постройка была закончена в 1897 году. Район орошения охватывал до 7 тыс. десятин земли. В 1899 году канал был принят в ведение Главного Управления Землеустройства и Земледелия. Ежегодно до 1910 на поддержание канала в рабочем состоянии расходовалось от 7 до 10 тыс. рублей. Независимо от этого, на укрепление головных сооружений канала было отпущено около 65 тыс. рублей.

Еще в 1911 году, при рассмотрении законопроекта об отпуске средств на окончание работ по орошению северо-восточной части Голодной степи, Государственная Дума высказала следующие пожелания: сохранить самостоятельное значение за каналом “Императора Николая I”, и развить систему орошения этого канала. Но в период составления проекта по переустройству, выяснилось, что придется вносить существенные коррективы. Не вдаваясь в технические подробности, скажем, что общая стоимость проекта Главного Управления Землеустройства и Земледелия, исчислялась в сумме 1230020 рублей.

Бюджетная комиссия на своем заседании 5 июня 1914 года сократила сумму до 731570 руб. и постановила: расширение магистрального канала отложить на неопределенное время. Обострение обстановки на Балканах вносило свои коррективы.

Правда, в отношении сметы Переселенческого управления на 1914 г. следует отметить, что она первый раз за всю историю существования Государственной Думы прошла без сокращений. У Думы просили 30 229 324 рубля - Дума столько и дала.

Вообще IV Государственная Дума весьма благожелательно относилась к делу колонизации окраин и переселенческому вопросу, считая это неотъемлемым государственным делом, и охотно шла на встречу заявлениям о необходимости его расширения и качественного улучшения.

Справедливости ради следует отметить, что III и IV Государственным Думам нельзя отказать в “комплексном” подходе к решению переселенческих проблем в Туркестане. Было четко сформулировано положение - переселение не возможно без освоения дополнительных земель, а освоить эти земли значило оросить их. Для этого стали использоваться, так сказать, внебюджетные поступления, частные капиталы. Но и метод “изымания излишков” земель у местного коренного населения продолжал исправно действовать.

При всем том, как отмечает ряд авторов, русская колонизация коренного Туркестана была количественно ничтожна. По основным освоенным районам она составляла от 1,3 до 6 % от всего населения.

На основании вышеизложенных фактов, необходимо признать, что политические и военные верхи Российской Империи проблему переселения части русского населения из метрополии в завоеванные районы Туркестана рассматривали как важнейшее условие утверждения здесь российского военно-политического господства, создание надежной колонизаторской прослойки среди потенциально враждебно настроенного населения, реальной опоры для колониальных властей и армии, призванной обеспечить повиновение “туземцев”, и контроль новых протяженных границ с Китаем, Афганистаном и Ираном. А так же как действенный фактор эксплуатации природных богатств и коренных народов в интересах митрополии.

Не вызывает никакого сомнения тот факт, что переселенческая политика царизма явилась сильнейшим катализатором, ускорившим массовое вооруженное выступление коренного населения в 1916 г.


Тема 7. Работа комиссии IV Государственной Думы по вопросам

восстания 1916 года.


Манифест 25 июня 1916 г.

Первая Мировая Война, по существу, стала войной экономических потенциалов воющих стран. Первые признаки экономического кризиса стали заметны уже в конце 1914 г. Экономических возможностей и людских ресурсов Центральной России уже не хватало.

25 июня 1916г. Николай II подписал в ставке указ “О привлечении мужского инородческого населения Империи для работ по устройству оборонительных сооружений и военных сообщений в районе действующей армии, а равно для всяких иных, необходимых для государственной обороны работ”. Вскоре на огромной территории Туркестана разгорелось повстанческое движение.

Царское правительство заколебалось, но мобилизацию не отменило. Оно решило заняться кадрами и усилить администрацию, поставив во главе ее генерала от инфантерии, генерал-адъютанта А.Н. Куропаткина. Он был утвержден в должности генерал-губернатора Туркестана 22 июля 1916 года., и наделялся огромными полномочиями. Из опыта месячной борьбы в крае, предшествовавшей его назначению, А.Н. Куропаткин сделал вывод, что нельзя полагаться только на силу оружия, нужна политика уступок и лавирования, что нужно обновить саму систему управления краем.

Работа комиссии Государственной Думы по вопросу восстания. в Туркестане.

Отметим, что после назначения А.Н. Куропаткина генерал-губернатором края, положение несколько стабилизировалось. Но Государственная Дума решила отправить в край свою комиссию, состоявшую из члена мусульманской фракции Государственной Думы Кутлуг-Мухаммеда Батыргиреевича Тевкелева, депутата от Уфы, татарина по национальности, а также представителя фракции трудовиков - Александра Федоровича Керенского.

Прежде чем отправиться в Туркестан, А.Ф. Керенский от имени членов Государственной Думы послал (24 июля) телеграмму на имя генерала М.В. Алексеева, начальника штаба Верховного Главнокомандующего. В телеграмме, в частности, говорилось, что экономически, изъятие части рабочих, волнения среди остальных, в период хлопковой компании грозит гибелью значительной части урожая хлопка, столь необходимого для государства. В связи с этим от имени Думы передавалась “убедительная просьба” срочно отклонить проведение призыва до окончания хлопковой компании, т.е. до 1 ноября. 30 июля 1916г. был объявлен новый царский Указ об отсрочке мобилизации.

15 августа 1916г. в Ташкент в сопровождении местных джадидских лидеров Шакира Мухамедиарова и Мустафы Чокаева прибыл депутат Думы К.Б. Тевкелев, а 17 августа - глава депутации А.Ф. Керенский.

Ход работы комиссии, с радующей исследователя скрупулезностью, освещен начальником Туркестанского районного охранного отделения полковником Волковым. Благодаря его донесениям, мы без особого труда можем восстановить достаточно полную картину пребывания депутатов в Туркестане. Депутаты посетили Самарканд, Джизак, Андижан и Коканд.

25 августа А.Ф. Керенский и К.Б. Тевкелев встречались с населением Андижана на площади перед соборной мечетью. Здесь А.Ф. Керенский произнес речь, в которой просил население Андижана верить, что и в Туркестане и в России есть русские люди, которым не безразличны судьбы “туземного населения”, которые не считают “туземцев” толпой, “с которой все дозволено”. И он, А.Ф. Керенский, в свою очередь, готов для них работать так же, как и для своего народа.

Депутаты Государственной Думы пробыли в Туркестане немногим более полумесяца, а именно с 15 августа по 2-ое сентября. Характерно, что во время своей официальной поездки, депутаты уделили основное внимание важнейшим промышленным центрам и хлопковым районам края, т.е. главным точкам приложения капиталов. Джизаку, несмотря на его огромную известность в связи с восстанием, был уделен только один день. В других районах края представители Думы даже не показывались.

Итак, комиссия депутатов Государственной Думы закончила свою работу. График встреч и обедов с общественностью края был очень насыщенный. Но имели ли они практический смысл и пользу для народов Туркестана?

10 сентября у председателя Думы М.В. Родзянко состоялось частное совещание с участием около 30 депутатов Думы различных фракций. В докладе А.Ф. Керенского главная вина за беспорядки возлагалась на краевую и “туземную” администрацию. Его вывод: в создавшихся условиях дальнейшее проведение мобилизации в крае грозит полным разрушением экономики его областей, снабжающим армию и страну продовольствием.

В конце сентября, вопрос о положении в Туркестане и целесообразности мобилизации его населения, стал предметом специального обсуждения на заседании военно-морской комиссии Государственной Думы. Присутствовавший на этом заседании Военный Министр Д.С. Шуваев в ответ на обвинение его в поспешных действиях и даже превышении власти, рассержено вскричал: “Быть может, я превысил власть, но я и впредь буду превышать ее, если найду нужным”.

Запросы думских фракций по вопросу восстания.

В декабре 1916г. группа членов Государственной Думы, обратилась от имени фракций прогрессистов, кадетов, мусульманской фракции и меньшевиков с запросом к Председателю Совета Министров, к Министру Внутренних Дел, Юстиции и к Военному Министру по поводу событий, имевших место “в некоторых местностях Туркестанского и Степного генерал-губернаторства”. В своих запросах, члены Государственной Думы теперь прямо обвиняли правительство в нарушении основных законов империи и в частности 86-й статьи, гласившей, что никакой новый закон не может последовать без одобрения Государственного Совета и Государственной Думы и утверждения Государя Императора.

Итак, в чем же обвиняли депутаты власть предержащих (обратим внимание студента на проведение сравнительного анализа).

Во-первых, сразу же бросаются в глаза различные “подходы” к одной проблеме депутатов от различных политических сил. Так, в запросе от фракции трудовиков и фракции меньшевиков (левые политические силы, среди подписавшихся Керенский, Чхеидзе) основной упор делается на нарушения администрации края в отношении местного населения при проведении Указа в жизнь, в том числе говорится о карательных экспедициях, организованных правительством. По своему духу и содержанию к запросу трудовиков-меньшевиков очень близок запрос кадетов и мусульманской фракции (центристские политические силы), но акценты, более сглаженные, и обойдены “острые углы”. Например, ни слова не говориться о карательных экспедициях. Запрос прогрессистов (правые политические силы) просто пронизан негодованием ущемленного самолюбия: как это правительство “посмело”, “без участия законодательных учреждений”, взять “на себя ответственность” за выполнение указа. А самое главное, почему “инородческое население” привлекалось только “к работам по государственной обороне, а не к несению воинской повинности”.

Изучив вышеприведенные запросы (особенно запрос от трудовиков и меньшевиков) может сложиться впечатление, что “демократический российский парламент” при всех царских ограничениях действовал смело и умно, оперативно и объективно.

Но возникает вопрос, а почему народные избранники не предприняли никаких действенных мер сразу после опубликования указа, и то вспыхивающее, то затихающее восстание продолжалось с июня 1916 г. по февраль 1917г.? Истинное стремление значительной группы депутатов Государственной Думы, заключалось в том, чтобы, во-первых, показать, что основной причиной восстания явилось лишь опубликование царского указа и поспешное проведение набора; во-вторых, в критике “неосмотрительных” действий правительства, и в первую очередь силовых министерств, в отношении колониальных окраин. Керенский считал царский указ, единственной причиной восстания, поясняя свою позицию, он заявил, что при наборе в рабочие дружины, нужно было учесть “в каком порядке и когда это нужно привести в исполнение”.

Туркестанская проблема и V сессия Государственной Думы.

События в Туркестане стали, наконец, предметом особого рассмотрения на V-ой сессии Государственной Думы IV созыва. 13 декабря 1916г. началось закрытое заседание Думы. Постараемся сравнить и проанализировать, как депутаты от различных политических фракций ставили акценты в своих выступлениях.

По запросу депутатов Государственной Думы о событиях, имевших место в Туркестанском и Степном крае, состоялось два заседания 13 и 15 декабря 1916г. На них в общей сложности выступило пять депутатов: Керенский (Саратовская губерния, трудовик), Джаффаров (Бакинская, Елизаветполоская и Эриванская губернии, мусульманская фракция), князь Мансырьев (г.Рига, прогрессист), граф Копнист-2-ой (Полтавская губерния, октябрист) и депутат Аджемов (область войска Донского, мусульманская фракция). Причем А.Ф. Керенский выступил два раза, он “открывал” и “закрывал” слушание по вопросу.

Выступление Керенского, судя по стенографическим отчетам, было эффектным и продолжительным. А.Ф. Керенский пространно говорил о нарушении царизмом законов Российской империи, о незаконности самого “Высочайшего Повеления”. Нарушение, по его словам, выразилось в том, что Повеление было принято без консультации с местными губернаторами.

Выступивший вслед за Керенским представитель мусульманской фракции Думы Джаффаров так же утверждал, что “призыв состоялся в порядке, нарушающим основные законы Российской империи”. Он выражал возмущение тем, что незаконная повинность “осуществлялась... без учета экономических и бытовых условий”. Джаффаров заявил, что все зло проистекало из того, что “высшая краевая администрация передоверила это важное дело низшей туземной администрации”.

Следующее заседание открылось с выступления князя Мансырьева, который служил около трех лет чиновником в Туркестане (податной инспектор). Поэтому в своем выступлении он уделил место вопросам местной администрации. В происшедших событиях Мансырьев видел только ее вину: “Отсутствие, каких бы то ни было разъяснений со стороны местной администрации к местному же населению, вот была истинная причина теперешних событий”. В заключении он отметил, что пока произвол местной администрации и центрального ведомства не будет прекращен, пока не будет в корне изменено местное положение об управлении краем, до тех пор “всегда возможно происхождение таких или более кошмарных событий”.

Вышедший вслед за Мансырьевым на трибуну депутат Копнист 2-ой, посвятил свое выступление бедам “ пострадавшего русского населения края”, о которых якобы умолчал депутат Керенский. В целом его выступление носило великодержавный и националистический характер.

Депутат Аджемов, обрушился на правительство. ”...Ни один здравомыслящий человек, - подчеркнул он, обращаясь к председателю правительства Штюрмеру, - который стоит во главе государства, не мог послать такую телеграмму: забрать население от 19 до 40 лет”.

На заседаниях 13 и 15 декабря в Думе как никогда много было произнесено филиппик, много горьких и гневных, обличительных и обвинительных речей в защиту грубо попранных царизмом элементарных прав народов окраин России. По существу все депутаты упрекали министров и правительство только в одном - в неумении “правильно” и грамотно применить закон “О привлечении инородцев на тыловые работы”, в неумении “организовать столь ответственное дело ”. Но депутаты так и не отважились осудить в целом общественно-политический строй, осудить режим национального и социального гнета. Это в конечном итоге означало помочь национально-освободительному движению в России.

Таким образом, мы можем констатировать тот факт, что приезд комиссии Государственной Думы в Туркестан, не дал на практике никаких результатов.

Заседания V-ой сессии Государственной Думы 17 декабря были прерваны на срок до 12 января 1917г. 6 января 1917г. был опубликован царский указ об отсрочке до 14 февраля возобновление заседаний Государственной Думы. 25 февраля заседания вновь были прерваны. Больше в полном составе она не собиралась, но формально и фактически продолжала оказывать существенное влияние на развитие событий. Революция в Петрограде повергла депутатов в состояние шока. Утром 27-го февраля они собрались в Таврическом дворце. В полной растерянности, большинством голосов, ими принимается предложение о создании особого, Временного комитета. Его первоочередными задачами становятся наведение порядка в столице и координация работы государственных учреждений.

2-го марта 1917 года Николай II отрекся от престола. Формально власть в стране переходит в руки Временного правительства. С этого момента деятельность комитета проходит под видом частных совещаний. Только 7 октября 1917г. Временным правительством принимается постановление о роспуске Государственной Думы, в связи с подготовкой проведения выборов в Учредительное собрание. Окончательно Канцелярия Государственной Думы и Временного комитета были ликвидированы декретом СНК от 18(31) декабря 1917г.

События 1916 года, происшедшие в Туркестане, получили широкий резонанс в России. Приехавшая в край комиссия, провела опрос среди участников восстания и собрала свидетельские показания. Эти сведения, а также личные оценки депутатов и чиновников местной администрации дают основание считать, что восстание 1916 года, даже его современниками, воспринималось как протест народов Туркестана против колониального гнета царизма. Население было недовольно разрухой и дороговизной. В это же время происходит рост политического сознания среди населения коренных национальностей и прогрессивной части русской общественности Туркестана. Под воздействием джадидизма начинает формироваться новая генерация людей. Прогрессивная общественность Туркестана вела борьбу за возвращение краю избирательного права. Национальная и русская интеллигенция выбрали мирный, эволюционный путь достижения намеченной цели. Но, к сожалению, колониальные власти Российской империи, как в Центре, так и в самом Туркестане это стремление не поддержали.

Вполне очевидно, что дебаты в Государственной Думе передавая огромную обеспокоенность правительственных кругов за судьбу интересов метрополии в Туркестане, не смогли изменить положение дел на практике.


Темы семинарских занятий

Семинарское занятие по теме 2 «Формирование парламентской системы Российской империи и Туркестан».

План:

  1. Учреждение законосовещательной «Булыгинской Думы» в России.

  2. Вопрос о туркестанском представительстве в первом русском парламенте.

  3. Содержание и значение Манифеста 17 октября 1905 г.

  4. Избирательный закон 11 декабря 1905 г. и «Особые Правила» для Туркестана по проведению выборов в Государственную Думу.

  5. Политическая ситуация в Туркестане накануне проведения выборов в I Государственную Думу.

Литература:

  1. Абдурахимова Н.А., Рустамова Г. Колониальная система власти в Туркестане во второй половине XIX - I четверти XX в.в. - Т.: Университет. 1999.

  2. Ерошкин Н.П. История государственных учреждений дореволюционной России. - М.: Высшая школа. 1968. 367с.

  3. Исхаков Ф. Национальная политика царизма в Туркестане (1867 - 1917) - Т.: Фан. 1997.

  4. Калинычев Ф.И. Государственная Дума в России в документах и материалах. – М.: Госюриздат. 1957.

  5. Кастельская З.Д. Из истории Туркестанского края (1865 – 1917 гг.) – М.: Наука. 1980.

  6. Программные документы политических партий и организаций. - М.: Высшая школа. 1991.

  7. Пясковский А.В. Революция 1905 – 1907 гг. в Туркестане. – М., 1958.

  8. Революция 1905 – 1907 гг. в Узбекистане. Документы и материалы. – Т.: Узбекистан. 1984.

  9. Сидельнков С.М. Образование и деятельность Первой Государственной Думы. - М.: МГУ. 1962.


Семинарское занятие по теме 3 «Туркестанские депутаты во II Государственной Думе».

План:

  1. Отношение джадидов к вопросу парламентского устройства в России.

  2. Работа избирательных комиссий в Туркестане.

  3. Проведение выборов в Туркестане и их дискриминационный характер.

4. Деятельность туркестанских депутатов во II Государственной Думе.

Литература:

  1. Алимова Д., Рашидова Д. Махмудходжа Бехбудий и его исторические возрения. - Т.: Маънавият. 1998.

  2. Алимова Д.А. Джадизм в Средней Азии. Пути обновления, реформы, борьба за независимость. - Т.: Узбекистон. 2000.

  3. Зурабов А. Вторая Государственная Дума ( впечатления). - Спб., 1908.

  4. Исхаков Ф. Национальная политика царизма в Туркестане (1867 - 1917) - Т.: Фан. 1997.

  5. Калинычев Ф.И. Государственная Дума в России в документах и материалах. – М.: Госюриздат. 1957.

  6. Кастельская З.Д. Из истории Туркестанского края (1865 – 1917 гг.) – М.: Наука. 1980.

  7. Котляр П., Вайс М. Как проводились выборы в Туркестане. - Т., 1947.

  8. Мусульманские депутаты Государственной Думы России 1906 – 1917 гг. Сборник документов и материалов. – Уфа.: Китап. 1998.

  9. Программные документы политических партий и организаций. - М.: Высшая школа. 1991.

  10. Пясковский А.В. Революция 1905 – 1907 гг. в Туркестане. – М., 1958.

  11. Революция 1905 – 1907 гг. в Узбекистане. Документы и материалы. – Т.: Узбекистан. 1984.

  12. Якубовский Ю.О. Владимир Петрович Наливкин. Член Государственной Думы и его туркестанское прошлое. - Т., 1907.



Семинарское занятие по теме 4 «Лишение Туркестана избирательных прав и борьба за их восстановление».

План:

  1. Избирательный закон 3 июня 1907 г. и его дискриминационная направленность.

  2. Борьба народов Туркестана за восстановление избирательных прав.

  3. Отношение Государственной Думы к проблеме Туркестанского представительства.

Литература:


  1. Алимова Д., Рашидова Д. Махмудходжа Бехбудий и его исторические возрения. - Т.: Маънавият. 1998.

  2. Алимова Д.А. Джадизм в Средней Азии. Пути обновления, реформы, борьба за независимость. - Т.: Узбекистон. 2000.

  3. Аршаруни А., Габидуллин Х. Очерки панисламизма и пантокризма в России. - М.: Безбожник. 1931.

  4. Бурмистрова Т.Ю., Гусакова В.С. Национальный вопрос в программах и тактике политических партий в России. - М.: Мысль. 1976.

  5. Исхаков Ф. Национальная политика царизма в Туркестане (1867 - 1917) - Т.: Фан. 1997.

  6. Калинычев Ф.И. Государственная Дума в России в документах и материалах. – М.: Госюриздат. 1957.

  7. Кастельская З.Д. Из истории Туркестанского края (1865 – 1917 гг.) – М.: Наука. 1980.

  8. Федоров Е. Очерки национально - освободительного движения в Средней Азии. - Т.: Госиздат Уз ССР. 1925.



Семинарское занятие по теме 5 «Мусульманская фракция Государственной Думы и проблемы Туркестана».

План:

  1. Первые общемусульманские съезды в России и движение «Иттифак».

  2. Создание и функционирование мусульманской фракции в I и II Думе.

  3. Мусульманская фракция в III Государственной Думе.

  4. Мусульманская фракция в IV Государственной Думе.

  5. Мусульманская фракция и туркестанская проблематика.

Литература:

  1. Алимова Д., Рашидова Д. Махмудходжа Бехбудий и его исторические возрения. - Т.: Маънавият. 1998.

  2. Алимова Д.А. Джадизм в Средней Азии. Пути обновления, реформы, борьба за независимость. - Т.: Узбекистон. 2000.

  3. Аршаруни А., Габидуллин Х. Очерки панисламизма и пантокризма в России. - М.: Безбожник. 1931.

  4. Бурмистрова Т.Ю., Гусакова В.С. Национальный вопрос в программах и тактике политических партий в России. - М.: Мысль. 1976.

  5. Исхаков Ф. Национальная политика царизма в Туркестане (1867 - 1917) - Т.: Фан. 1997.

  6. Климович Л. Ислам в царской России. - М.: ОГИЗ. 1936.

  7. Мусульманские депутаты Государственной Думы России 1906 – 1917 гг. Сборник документов и материалов. – Уфа.: Китап. 1998.

  8. Программные документы политических партий и организаций. - М.: Высшая школа. 1991.


Семинарское занятие по теме 6 «Государственная Дума и переселенческая политика царизма в Туркестане».

План:

  1. Понятие колонизации и переселения.

  2. Отношение I и II Думы к переселенческой политике царизма.

  3. Деятельность переселенческой комиссии Государственной Думы.

  4. Проблема переселения в III и IV Думе.

  5. Особенности переселенческого движения в Туркестане

Литература:

1. Азиатская Россия. в 3-х т. - Спб.: И-во Переселенческого Управления Землеустройстваи Земледелия. 1914. Т.1. 576 с.; Т.2.

2. Гаврилов Н. Переселенческое дело в Туркестанском крае (области Сырдарьинская, Самаркандская и Ферганская). Отчет о служебной поездке в Туркестан осенью 1910 г. - Спб., 1911.

  1. Галузо П.Г. Аграрные отношения на юге Казахстана в 1867 - 1914 г.г. - А-А.: Наука. 1965.

  2. Галузо П.Г. Аграрные отношения на юге Казахстана в 1867 - 1914 г.г. - А-А.: Наука. 1965.

  3. Голодная степь 1867 - 1917. История края в документах. - М.: Глав. ред. Вост. лит. 1981.

  4. Калинычев Ф.И. Государственная Дума в России в документах и материалах. – М.: Госюриздат. 1957.

  5. Караваев. Голодная степь в ее прошлом и настоящем (Статистическо - экономический отчет). - Пг.: 1914.

  6. Кривошеин А.В. Записка Главноуправляющего землеустройством и земледелием о поездке в Туркестанский край в 1912 г. (приложение к всеподданнейшему докладу). - СПб., 1912.

  7. Пален К.К. Отчет о ревизии в Туркестанском крае (Переселенческое Дело в Туркестане). - Спб. 1910г.

  8. Трегубов А.Л. Переселенческое дело в Семпалатинской и Семиреченской областях. Впечатления и замечания члена Государственной Думы по поездке летом 1909 г. - Спб., 1910.

  9. Фомченко А.П. Русские поселения в Туркестанском крае в конце XIX начале 20 вв.. - Т.: Фан. 1983.


Семинарское занятие по теме 7 «Работа комиссии IV Государственной Думы по вопросам восстания 1916 г.».

План:

  1. Царский Манифест о призыве на тыловые работы: его сущность и значение.

  2. Работа в Туркестане комиссии IV Государственной Думы.

  3. Анализ и сопоставление запросов думских фракций по вопросам восстания.

  4. V сессия Государственной Думы и туркестанская проблематика.

Литература:

  1. Абдурахимова Н.А., Рустамова Г. Колониальная система власти в Туркестане во второй половине XIX - I четверти XX в.в. - Т.: Университет. 1999. 160с.

  2. Алимова Д.А. Джадизм в Средней Азии. Пути обновления, реформы, борьба за независимость. - Т.: Узбекистон. 2000.

  3. Восстание 1916 года в Средней Азии. Сборник документов под редакцией П.Р. Галузо. - Т.: Госиздат Уз ССР. 1932.

  4. Исхаков Ф. Национальная политика царизма в Туркестане (1867 - 1917) - Т.: Фан. 1997.

  5. Кастельская З.Д. Из истории Туркестанского края (1865 – 1917 гг.) – М.: Наука. 1980.

  6. Ковалев А.П. Народная Борьба в 1916г. и думские депутаты в Туркестане.Труды САГУ.-Т.,1966.

  7. Ковалев А.П. Революционная ситуация 1915 - 1917 г.г. и ее проявление в Туркестане. - Т.: Фан. 1971.

  8. Рыскулов Т. Восстание туземцев в Средней Азии в 1916г. - Кызыл - Орда. 1927.

  9. Федоров Е. Очерки национально - освободительного движения в Средней Азии. - Т.: Госиздат Уз ССР. 1925.
1   2   3   4   5



Похожие:

Посвящяется 85-летию оброзования Национального iconПостановление Государственного комитета республики узбекистан по управлению государственным имуществом об утверждении Национального стандарта оценки имущества
Об утверждении Национального стандарта оценки имущества Республики Узбекистан(нсои №12)
Посвящяется 85-летию оброзования Национального iconДокументы
1. /К 2200-летию города Ташкента.doc
Посвящяется 85-летию оброзования Национального iconТехнологическая карта к открытому классному часу посвященному 20- летию Независимости Узбекистана Тема: «Узбекистан – государство с великими возможностями»
Форма проведения классного часа: информационный, с применением икт, элементы лекции, познавательная викторина
Посвящяется 85-летию оброзования Национального iconОб утверждении Национального стандарта оценки имущества Республики Узбекистан «Оценка стоимости имущества в целях приватизации»
Постановление государственного комитета республики узбекистан по управлению государственным имуществом об утверждении Национального...
Посвящяется 85-летию оброзования Национального iconТашкентская государственная высшая школа национального танца и хореографии План приема на 2010-2011 г г

Посвящяется 85-летию оброзования Национального iconПриказ №6 «Учет аренды»
Об утверждении Национального стандарта бухгалтерского учета Республики Узбекистан (нсбу №6) «Учет аренды»
Посвящяется 85-летию оброзования Национального iconРазработка урока по изобразительному искусству. Учитель школы №7 Сергелийского района г Ташкента
Цель урока: Познакомить учащихся с художественными особенностями национального народного промысла. Расширить их кругозор знаний
Посвящяется 85-летию оброзования Национального iconПресс-релиз круглого стола на тему «Конституция гарант социальной справедливости»
«Ёш адолатчилар» был организован круглый стол посвященный 20 летию Конституции Республики Узбекистан на тему «Конституция – гарант...
Посвящяется 85-летию оброзования Национального iconПостановление Государственного комитета республики узбекистан по управлению государственным имуществом
Об утверждении национального стандарта оценки имущества республики узбекистан «оценка стоимости недвижимости»
Посвящяется 85-летию оброзования Национального iconПресс-релиз вечер поэзии, приуроченный ко дню рождения захириддина мухаммада бабура
В этот раз мероприятие соберет истинных ценителей красоты слова «Вечер поэзии» пройдет 20 февраля в 17: 00 во Дворце творчества молодежи...
Посвящяется 85-летию оброзования Национального iconПостановление Государственного комитета Республики Узбекистан по управлению государственным имуществом г. Ташкент, 14 июня 2006 г., №01/19-22
...
Загрузка...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©uz.denemetr.com 2000-2015
При копировании материала укажите ссылку.
обратиться к администрации